Однажды в начале 2000-х годов Валерий Георгиевич Траугот, признанный классик книжной иллюстрации, тогда ещё не знакомый с нами (удивительно, было и такое время!), проходил мимо стенда издательства на петербургском книжном салоне.
Он ненадолго задержался — и вместо «здравствуйте» безапеляционно шепнул на ухо издателю Алексею Захаренкову: «Вы должны издать "Вита Нову" с Рашидом Доминовым». Дожидаться ответа Валерий Георгиевич не стал. А когда спустя несколько месяцев Алексей приехал в мастерскую к Валерию Георгиевичу с предложением сделать "Мастера и Маргариту", художник встретил его с объятьями — "Я вас так долго ждал!"
С тех пор утекло много воды и вышло много книг: и с иллюстрациями братьев Трауготов, ставших нашими близкими и верными друзьями, и с иллюстрациями Рашида Доминова, тоже нынче нашего доброго друга, но мы часто вспоминаем, как Валерий Георгиевич благословил издательство на издание книги, «заглавной» для «Вита Новы»: «Новая жизнь» (Vita Nuova) Данте Алигьери.
«Новая жизнь» — по сути, первый европейский психологический роман. В этом сборнике стихов и прозы Данте воспевает даму сердца. Книга написана в конце XIII века — но образ Беатриче по сей день остаётся одним из самых ярких женских образов в мировой литературе.
Рашид Доминов поместил героев книги в атмосферу Ренессанса: цикл из 116 иллюстраций, созданный Рашидом специально для нашего издания, пронизан мотивами итальянских фресок высокого Средневековья и раннего Возрождения. Валерий Траугот, как всегда, оказался абсолютно прав в выборе художника!
Книгой Данте Алигьери «Новая жизнь» в иллюстрациях Рашида Доминова мы и решили «открыть» эрмитажную экспозицию «Архитектура книги»: в первом зале, в части выставки, посвящённой книжному переплёту (этот раздел экспозиции называется «Фасад») мы показываем 8 графических листов Рашида Доминова 2005 года (издание вышло в 2006), эскизы к ним и переплёт книги «Новая жизнь», созданный в нашей мастерской в 2010 году.
Крышки переплёта украшены инкрустацией из кожи и ювелирными вставками, обрез расписан вручную китайской и золотой тушью, на форзаце — муаровый шёлк, а в футляре книги есть «занавешенное окошко», сквозь которое можно увидеть контуры изображения на обложке.
К этой идее — иллюстрации как окно в книгу — мы возвращаемся в третьем зале экспозиции.
