Среди своих
На службе в выходные.
Стою на исповеди.
Литургия ещё только началась после часов.
Слышу где-то рядом шепот, негромкий голос, настойчивый, оглядываюсь, никого.
Ничего не думаю насчёт того, что, мол, послышалось, потому что настойчивый шепот продолжается, в формате повторяющегося речитатива.
Cмотрю и назад.
Вижу.
Сгорбленная старушка, неопределенного возраста, от семидесяти до ста, ниже среднего роста, чуть позади меня, оттого не не видно сразу, она вне зоны осмотра. В ярком однотонном салатового цвета платке, завязанным под подбородком, аккуратно и чисто одетая, так как и надо в храме, скромно, но празднично, так, как умеют верующие барышни.
Продолжает повторять те же слова. Различаю:
-- Господи, услыши меня. Господи, услыши меня.
Невидимую часть просьбы она проговаривает в сердце, совсем как заповедано в Библии, чтобы молиться сердцем.
А вслух:
-- Господи! Услыши меня!
Раз за разом.
Она это говорит и делает буднично, не сомневаясь. Привычно. У нее нет колебания. Она уверена в правильности формы, она уверена, что ее услышат и слышат.
Весь ее облик, манера произнесения молитвы именно об этом свидетельствуют.
Она обращается к Богу, своему Богу, она знает, что ее услышат и помогут.
Так меня пробила эта мизансцена, что буквально до скупой мужской невидимой миру слезы.
Потому что это ведь и мой знакомый Бог.
Я также молюсь, но никогда вслух, теми же словами, с той же интонацией, так же уверен, что меня слышат и помогут. Потому что и я так верю и знаю.
Затем она подошла к иконе Богородицы со Спасителем, и тронула край иконы, как бы прикоснулась к плечу близкого ей человека.
Она дома. Среди своих.
Мы дома. Среди своих.
С минувшим Сретением Господним.
С Масленицей наступившей. Это уже предверие великого поста.
Будьте бдительны, осмотрительны, внимательны к знакам, что посылаются, предваряя и наставляя.
Не только духовного, бытийного, но и бытового свойства.
Берегите себя и своих.
