***
Инстаграм показывает рекламу: доктор Николь ЛеПера, за которой я слежу уже много лет, прилетает в Лондон, можно купить билеты и прийти послушать ее. Все в какой-то момент прилетают в Лондон! Я смотрю на тему выступления — кажется, это не совсем для меня, у меня нет подобного запроса. Взвешиваю решение — и выбираю купить билет и пойти. Во-первых, посмотреть, как ведет мероприятие профессионал с другого континента. Во-вторых, побыть в ее поле, получить контакт с тем, что до сих пор казалось классным, но далеким.
Надо же: я в той точке, где совершаю такие выборы. На всякий случай купила еще членство в клубе общества, которое проводит мероприятие, на месяц. Думаю, мне есть, чему у них поучиться.
***
Любимый друг записывает мне аудиодорожку из Австралии:
— Мой дорогой друг, — говорит он, — ты помнишь, я писал тебе, что чувствую, что перехожу во вторую половину жизни, и что я хочу совершить этот переход более осознанно, и что я ощущаю, что дни мои сосчитаны (не сочтены, но сосчитаны и не бесконечны теперь), и что я хочу заглянуть в то, что дальше... Так вот, я рад сказать тебе, что у меня получилось.
И в этот момент в телефоне возникает сильный ветер. Он экзистенциально гремит, заглушая все следующие слова. Я иду по Regent's парку и смеюсь: а каким еще может быть ответ на этот философский вопрос? Шум ветра.
***
Пасху мы отпраздновали паломничеством в Оксфорд на могилу Клайва Льюиса. Там все было освещено солнцем, а потом полито дождём, и на могиле лежало письмо, а в церкви никого не было — и я не удержалась позвонила в колокола.
Теперь Карстен читает «Письма Баламута».
***
На «Магии редактуры» в окошке зума появилась кудрявая рыжая голова. Это внук пришёл поддержать бабушку, защищающую диплом.
***
В Беларуси запретили контур Беларуси. Моя подвеска теперь — вне закона. Создателя этих украшений посадили в тюрьму. Как говорит мой терапевт: ярость, бессилие, отчаяние — любимая триада.
