Чистый трепет фотопроекта — МАМА, где мы снимали нашу команду с их Мамами.
Софа и её мама.
«Моя мама — это свет в его самой устойчивой и щедрой форме.
В детстве я была уверена, что грусть обходит её стороной — настолько плотно было пространство вокруг меня соткано из её любви и тихой заботы.
Её умение всё успевать, её руки, знавшие работу и ласку поровну, стали для меня первым уроком того, как надо жить: жадно, с любопытством, с желанием дотянуться до сути вещей.
Во мне живёт её стремление — не к успеху, а к пониманию.
Однажды, в трудную пору, я решила отказаться от танцев.
«Не трать деньги», — сказала я.
А она посмотрела так, будто я предложила отказаться от дыхания.
«На то, что любишь по-настоящему, возможности найдутся всегда, — сказала она.
— Сложно — не значит невозможно. Бросать — значит предать часть себя».
Эти слова стали тихим, но несокрушимым фундаментом моей жизни. На них, как на краеугольный камень, я позже складывала все свои важные решения.
Она выстроила вокруг меня мир не запретов, а доверия. Всех моих подруг она принимала с открытым сердцем, никогда не становясь судьёй или незваным советчиком в наших девичьих тайнах. «Я доверяю твоему выбору», — говорила она, и это доверие было дороже любых наставлений.
Оно осталось между нами и теперь: она — желанный гость в любой нашей компании, потому что говорит с моими друзьями на одном языке — языке искренности.
Школьные оценки никогда не были для неё мерилом ума. «Важно быть мыслящим, а не успевающим», — повторяла она, мягко направляя меня там, где я спотыкалась.
Она отделила для меня зерно знаний от шелухи баллов, и потому в университете учёба была для меня не тяжким грузом, а естественным продолжением мысли, радостью понимания.
А наши путешествия на Урал…
Это были не просто поездки, это были эпические странствия всей семьёй в старой машине.
Дорога длиною в двое суток, с остановками в Самаре и Казани, превращалась в отдельную вселенную.
Мы пели, играли в слова, вели летопись путешествия в потрёпанном блокноте. Именно тогда я полюбила не пункт назначения, а сам путь — шум колёс, мелькание столбов за окном, чувство общего движения.
Мама, сама того не ведая, подарила мне философию дороги: цель — лишь веха, а вся жизнь, вся красота и смысл — в движении к ней.
Она — мой первый и главный образец честности. Мы говорим с ней обо всём, и эта откровенность — самый ценный дар, который только может быть между людьми.
Моя мама — это целый мир, светлый, тёплый и невероятно прочный.
Я смотрю на свою жизнь и вижу в её узорах её почерк, её терпение, её бесшумную силу. Понимаю её с полуслова и испытываю тихую, всеобъемлющую благодарность каждый день.
За то, что родила.
За то, что воспитала.
За то, что позволила мне стать собой, дав в дорогу свой свет вместо карты и своё доверие вместо инструкции».
