Память, которую нельзя потерять
Есть люди, чья жизнь похожа не просто на биографию, а на целую эпоху. Люди, о которых невозможно рассказывать сухими датами и строчками из архивов. Потому что за каждой медалью — кровь, бессонные ночи, чужие спасённые жизни, любовь к Родине и огромное человеческое сердце.
Таким человеком был наш дед — майор Тихоокеанского флота, Фомин Даниил Дмитриевич.
Он родился 24 декабря 1919 года в старинном забайкальском селе Верх-Чита. Тогда никто не мог представить, через какие испытания ему предстоит пройти. Впереди была война, море, смерть, подвиги, потеря друзей и долгий путь служения людям.
В 1939 году девятнадцатилетним мальчишкой дедушка был призван на Тихоокеанский флот. Страна жила надеждами, строила новую жизнь, но на дальневосточных рубежах уже сгущалась тревога. Японская Квантунская армия стояла у границ, и каждый моряк понимал: война неизбежна.
Пока на западе гремели бои с фашистской Германией, тихоокеанцы несли круглосуточную службу. Они знали — их час ещё придёт.
И он пришёл.
В августе 1945 года дедушка служил на тральщике АМ-278, возглавляя медицинскую службу корабля. Ночью 14 августа их корабли прорвались в корейский порт Сейсин — сильно укреплённую базу противника. На борту находились морские пехотинцы, боеприпасы и люди, которые шли навстречу смерти.
Море было чёрным. Воздух пах порохом и металлом. Все понимали: назад дороги может не быть.
Перед боем дед проверял медицинские сумки, инструменты, бинты, носилки. Распределял санитаров по боевым постам. Он был врачом, но на войне врач тоже идёт под пули.
Когда началась высадка, первые раненые появились почти сразу.
Японцы отчаянно сопротивлялись. По кораблям ударила артиллерия. Морские пехотинцы шли вперёд под непрерывным огнём, а дедушка вместе с другими моряками вытаскивал раненых прямо с линии боя.
Среди дыма, взрывов и криков он нашёл смертельно раненного сигнальщика Геннадия Елисеева. Молодой матрос был без сознания. Дедушка оказал ему помощь, тащил его через заросли под огнём, через колючую проволоку, к катеру, надеясь успеть спасти.
Но война редко бывает милосердной.
Геннадий умер от тяжёлого ранения, и позже его похоронили в Японском море со всеми морскими почестями. Его имя навечно осталось в списках экипажа корабля.
Дедушка вспоминал, что самыми страшными были даже не взрывы, а человеческие страдания. Двое суток почти без сна он оперировал, перевязывал, вытаскивал раненых, помогал обессилевшим бойцам. В тесном корабельном медпункте не хватало места — раненые лежали в кубриках, на носилках, прямо на полу.
Но никто не сдавался.
Особенно навсегда остались в его памяти девушки-санитарки и медсёстры. Хрупкие, молодые, совсем ещё девчонки — они под пулями вытаскивали бойцов, перевязывали раны и спасали жизни.
Среди них была легендарная Мария Цуканова.
Раненая, истекающая кровью, она продолжала выносить солдат из-под огня. Она спасла больше пятидесяти человек. Даже попав в плен к врагу, не выдала своих товарищей. Её зверски убили, но сломить не смогли.
Дедушка всю жизнь помнил её мужество.
За освобождение Сейсина корабли получили звание гвардейских, а дедушка был награждён Орденом Отечественной войны I степени.
Но война для него не закончилась одним боем.
Были десанты на Южный Сахалин, освобождение портов Маоко и Антомари, траление мин в Японском море, тяжёлая служба на флоте. Тридцать лучших лет своей жизни он отдал Тихоокеанскому флоту.
Он пережил войну, видел смерть, терял друзей, но сумел сохранить в себе главное — человечность.
И ещё — любовь.
В семейных архивах сохранились его мемуары, истории службы и трогательные признания в любви нашей бабушке — Фоминой Евгении Фоминичне, которую он нежно любил всю жизнь.
Когда читаешь его записи, понимаешь: настоящий герой — это не человек без страха. Это человек, который, несмотря на страх, остаётся верным долгу, Родине, семье и своей совести.
Дедушка ушёл из жизни в 74 года после тяжёлой болезни. Он похоронен в городе Большой Камень Приморского края — рядом с родной землёй, которую защищал.
Но память о нём жива.
