Всем привет! Продолжаем сериал о Косте и тернистом пути в ресторанную индустрию🔥
Серия 4: "Нужно, чтобы мне помогли стать англиком"
Итак, формула успеха 20-летнего авантюриста найдена: я в Лондоне, кормят меня сытно, живу рядом с работой в районе Pimlico, по соседству с королевой Елизаветой, в отеле, отданном для беженцев из Румынии. Всё идёт пучком, я счастлив!
Осталось подумать над дальнейшим захватом Англии, для чего мне нужен был идеальный английский, чтобы, если я вдруг встретил королеву, гуляющую по соседству, мог с ней, как истинный англичанин, поздороваться и перекинуться парой фраз о жизни, качестве английского чая и охоте на лис, которые, как у себя дома, гуляют по всему Лондону в поисках мусорок.
Я знакомлюсь на кухне с двумя англиками, которым, как и мне, только стукнуло 20 лет и которые явно не из самых благородных семей английских аристократов, но и непонятно вообще, закончили ли они среднюю школу в принципе. Роб и Доминик — два кокни, которые были настолько кокни, что, мне кажется, спали в рубашках от Paul Smith, Fred Perry и Burberry, в которых ходили всё время — истинная атрибутика стиля одежды любого кокни-подростка того времени, а может и сейчас.
Я так и спросил их: "Чуваки, мне нужно, чтобы вы помогли мне стать англиком". На что они сказали, что, чтобы стать истинным англиком, тебе надо иметь две вещи в жизни: выбрать и болеть за свою футбольную команду и приписаться к своему пабу, который будет твоим локалом.
Итак, я выбрал команду West Ham, так как ham — это ветчина, и это меня привлекло, ибо я не знал про футбол больше ничего, и название было просто вкусным. И моим локалом стал паб под мостом London Bridge. Сейчас я уже не помню его название, но это было типичное название из двух слов, типа «Утка и Лопата» или «Морж и Бревно», не имеющее для меня логического смысла — думаю, что его и не было.
Там я учился играть в снукер, метать метко дартс на очки и пропускать через себя, как сломанный бочок, литры безвкусного лагера под звуки OASIS.
В это самое время они учили меня акценту южного Лондона, где в основном жила средняя социальная прослойка Лондона вперемешку с ирландскими цыганами.
И вот через несколько месяцев я стал наконец-то понимать безумного Шона, и меня перевели делать пиццу тоннами, замешивая тесто и кучу салатов, где главный ингредиент и весь связующий компонент жизни англичан — был и остается майонез.
Я был в ударе и делал явный прогресс в звуках южного Лондона.
Я ещё тогда думал: если бы моя учительница английского услышала, как я говорю все её любимые слова и сочетания на английском, она бы точно как минимум сошла с ума.
У меня появилась первая рубашка, я уже понимал, что такое офф факинг сайд в футболе, и моя карьера на кухне пиццерии дала максимальный тангаж!
Я стал поваром горячего цеха, а позже и главным отпускным по блюдам в зал, и моя зарплата выросла на целых полфунта больше. И всё это меньше чем за год! Успех всех успехов.
Но я понимал, что там… в зале, где бегает красотка Джу и безумный рейвер немец Рольф, сгребая чаевые к себе в сумочки на поясах так, что они отвисали под конец смены с их боков от золотистых фунтиков, и казалось, что их постоянно, как сломанный корабль, кренит в бок. Я хотел так же!!! Золотые фунтики манили меня, как последнего Буратино, и я явно понимал, что мне нужно туда… on floor.
Шон долго не пускал меня в зал: сначала ссылался на мой английский, потом ещё на что-то, потом просто включал мерзкого шотландца. Но я его дожал, и меня ждал путь в зал через закуток, где я варил литрами капучино и чай с молоком по английский и ждал того момента, когда я, как раззадоренный лев, вырвусь из кофейно-чайной клетки к заветным чаевым и сумочке на боку.
И тот день настал!
#историякости@florgroupru
