В материалах дела масса ОРМ-мероприятий, в которых фамилия Белоцерковец фигурирует очень много раз, но при этом, отсутствуют фактические доказательства передачи ему денег, сколько и за что? А также его личное участие в ОРМ, а именно ... телефонные разговоры, билинговые соединения, переписки с кем либо и иных фактов, которые бы доказывали его причастность к договоренностям Кривобоковой...
Выявив всю эту мошенническую схему «как откосить от армии», оперативники военной контрразведки ФСБ задержали Кривобокову и ее подельников, и поместили ее в СИЗО.
Просидев два месяца в СИЗО, ей там сильно не понравилось, ведь там шконарь, общий унитаз и холодная вода, а она очень красивая и в тюрьму ей нельзя.
Немного посидев и подумав, Кривобокова быстро приняла предложение сотрудников ВСК и оперативников заключить досудебное соглашение и дать показания в отношении военкома Белоцерковец, полагая, что больше никогда в тюрьму не попадет, ведь это действительно не подходящее место для красивой женщины, у которой муж является действующим офицером штаба округа.
По первому эпизоду, к Кривобоковой обратилась некая Лаврененко, чей сын имеет давний недуг, который абсолютно на законных основаниях не позволяет ему проходить военную службу. Что и подтвердили военно-врачебные комиссии как района, так и области, а также назначенные следствием экспертизы по медицинским документам.
Зная это, Кривобокова все равно взяла с Лаврененко деньги, якобы пользу военкома, но как-то все затянулось, вопрос не решался, и Лаврененко потребовала эти деньги обратно. Кривобоковой ничего не оставалось делать, кроме как вернуть эти деньги в полном объеме, за минусом прямых затрат на анализы.
При этом, она сообщила суду, что никакие деньги она Лаврененко не возвращала, а все якобы отдала военкому Белоцерковец.
Но, однако, все тайное рано или поздно становится явным.
Вступив в данное уголовное дело, сторона защиты полностью ознакомилась с материалами дела и вещественными доказательствами. И в изъятом следователем телефоне Кривобоковой защита нашла переписку Кривобоковой с Лаврененко, с которой они, как выяснилось, расстались полюбовно, Кривобокова с ней полностью рассчиталась, переслала чеки о возврате ранее взятых с Лаврененко денежных средств (более 100 тысяч), которые она, с ее слов, якобы передала Белоцерковец, сын получил освобождение по заболеванию, и Лаврененко задала вопрос: как же отблагодарить военкома, на что Кривобокова ей предложила положить в конверт «пять или десять», или поставить коньяк.
Невольно возникает вопрос, а за что благодарить военкома, если со слов Кривобоковой, она уже передала ему взятку? Обо всех этих фактах предварительное следствие умолчало.
Фактически следователь ВСК сфальсифицировал доказательную базу в целом, построив ее на показаниях Кривобоковой, и укрыл эти обстоятельства, которые уже сторона защиты выявила в ходе контрследствия.
Под надзором военного прокурора следователь незаконно привлек к уголовной ответственности полковника Белоцерковец, на показаниях Кривобоковой и заготовках оперативных сотрудников контрразведки, чьи фамилии прямо называет мой доверитель Белоцерковец, но я не опубликую их, из уважения к данной службе.
Лаврененко (мать призывника), также осужденная за дачу взятки, в судебном заседании по делу Белоцерковец факты возврата ей денег отрицала, так же, как и Кривобокова, несмотря на наличие доказательств этому в материалах дела, то есть, фактически, они давали ложные показания в суде.
По второму эпизоду, некий Тупичкин, также сначала желал откосить от армии с помощью Кривобоковой, а затем и сам стал подыскивать ей новых клиентов, забирая при этом уже свою долю, за что был осужден на 7 лет условно по приговору Ленинского суда Ростова.
По данному эпизоду, с Тупичкиным в тесном контакте работали «джентльмены удачи» Лухуташвили и Каиров, вместе с доктором от всех болезней Кривобоковой. Кривобокова так же манипулировала фамилией Белоцерковец и своими мнимыми связями, при этом Тупичкин имел заболевание, так же, как и Лаврененко, и получил освобождение от призыва по закону, без какого-либо участия в этом Белоцерковец.
