📕 Очень удачно совпало, что примерно в одно время я посмотрел французский фильм о деле Дрейфуса ("J'accuse") и прочитал «Вдоль фронта» за авторством Джона Рида со своим товарищем.
Введу в курс дела:
🇫🇷 Дело Дрейфуса — это громкий политический скандал во Франции, который, в конце концов, привёл к глубокому расколу французского общества на дрейфусаров и антидрейфусаров, а в конечном счёте — к укреплению позиций светской республики и ослаблению влияния монархически настроенных военных кругов. Дело состояло в ложном обвинении капитана артиллерии еврейского происхождения Альфреда Дрейфуса в шпионаже в пользу Германии в 1894 году. Несмотря на отсутствие доказательств и наличие реального предателя (майора Эстерхази), военный суд под давлением антисемитски настроенной части генералитета приговорил Дрейфуса к пожизненной каторге. Серьёзную роль сыграл общественный антисемитизм того времени, но на стороне прогресса, естественно, уже стояли социалисты, которые требовали отменить незаконный приговор. Справедливость восстановили лишь в 1906 году: кассационный суд полностью оправдал Дрейфуса, и он был восстановлен в армии в звании майора с вручением ордена Почётного легиона. Символический итог этой истории был подведён значительно позже: в ноябре 2025 год во Франции был принят закон о его посмертном повышении до бригадного генерала (это должно было произойти еще раньше за выслугу лет, но не делалось из-за политической конъюнктуры).
📕 «Вдоль фронта» — это мемуары Джона Рида о путешествии во Восточной Европе в Первой Мировой войне. Он описывал ситуацию в Греции, Сербии, Болгарии, Румынии, Российской империи и, наконец, у Османов. Книга наполнена самыми разными эпизодами: от официоза до вполне откровенных разговоров простых людей. Описывается гуманитарная катастрофа прифронтовых территорий и то, как люди научились при всём этом жить.
В обоих случаях я обратил внимание на антисемитизм вопиющего уровня. Во Франции немаленькая часть общества принялась выдумывать некие «еврейские синдикаты» и, не побоюсь этого словосочетания, «еврейские общины», которые строили заговор по разложению Франции. Ключевым элементом в этом заговоре, по мнению антисемитов, являлось освобождение Дрейфуса. Руководимые антисемитскими принципами, французские следователи и военные прокуроры игнорировали реальные доказательства, а также занимались фабрикацией фальшивых документов.
Другой пример укоренённости антисемитизма примерно в то время описан Джоном Ридом в России. Тут важно, что антисемитизм исходил не только от неграмотных низов, но и от самой верхушки общества. Дело состояло в следующем: Рид, по просьбе американского посольства, имел при себе список имён и фамилий американских граждан, которые могли оказаться в зоне боевых действий. Его просили, по возможности, их найти и прояснить судьбу. Значительная часть этих граждан носили еврейские фамилии. По мере ридовского «путешествия» многие офицеры отпускали крайне расистские высказывания относительно евреев. В частности, описывалась сцена, как офицер, выходя из вагона, увидел евреев и выругался с проклятиями. Список американских граждан сыграл злую шутку с Джоном Ридом, поскольку наличие еврейских фамилий привлекло дополнительное внимание к американскому журналисту. Среди русских офицеров царила убежденность, что евреи непременно являются шпионами. Это стало одним из оснований для ареста Рида. Ему даже угрожал расстрел, но, к счастью, американское посольство сумело вытащить своего гражданина из этой передряги.
Во Франции антисемитизм в итоге привел к судебной ошибке и десятилетию бурления гражданского общества, полноценной гражданской войне в прессе. Но справедливость всё же сумела восторжествовать через буржуазное право и какую-никакую, но демократию. В России же антисемитизм стал лишь одной из множества трещин, по которым всего через пару лет рухнет вся имперская государственность. Читая Рида невольно понимаешь, почему вся эта махина, замешанная на сословном чванстве и поиске «шпионов» среди собственного народа, оказалась нежизнеспособной перед лицом настоящих испытаний.
