НАПОЛЕОН
У ворот говорили о наполеоне. Межбижер, не разобравшись, сходу встрял, объявив, что Жуков главней.
- Ну, и жри своего Жукова! – приветливо пожелала тетя Аня.
Межбижер жрать Жукова не хотел. Что за дела? И вообще, великого полководца…
- Как у тебя язык повернулся? – упрекнул он тетю Аню.
Но тете Ане было не до него. Решался важнейший вопрос: делают ли наполеон из обычного теста или из слоенного?
Тут мнения разошлись. Ленивая мадам Берсон настаивала на обычном тесте.
- Слоеное тесто сильно время убирает!
Тетя Рива, наоборот, считала, что настоящий наполеон должен быть из теста слоеного.
- Так еще бабушка делала!
- Ну и ешь наполеон своей бабушки, а к нам не приставай! – присоединилась к мадам Берсон тетя Сима.
- Я-то съем, - обиделась тетя Рива, - я-то съем, а тебе ни крошки не дам!
- Подумаешь! – с сожалением взвыла тетя Сима. – Мы с Розой и сами наполеон испечь можем.
Но мадам Берсон печь не хотела. А хотела кушать. И много. Узнав, что тетя Рива планирует есть наполеон, она тотчас переметнулась, сообщив, что слоенное тесто таки да лучше.
Подслушивавший Межбижер, сообразив, что на его маршала никто не покушается, а речь, вообще идет о чем-то очень съедобном, тем не менее, встрял, заявив, что никакого капиталистического наполеона нет, а есть наша советская слойка за двадцать две копейки пирожное. Слойки магазинные с кремом, вылезающим из-под бронетанковых коржей, пробовали все, причем, без удовольствия. Поэтому Межбижеру сообщили далеко не новость о том, что он идиот – мишигине коп! А также далее адрес, куда ему срочно надо отправиться. Снабженный такой информацией, Межбижер временно отстал.
И порысачил к Герцену, дабы выяснить, наконец, отчего торт назвали именем иностранного военачальника.
Герцен не чинился и сообщил, что торт был так назван действительно в честь императора Наполеона, который сам придумал, как его спечь, но отдал рецепт жене, заставшей его с симпатичной фрейлиной. Надевая срочно лосины, император сообщил, что таким образом выведывал рецепт потрясающего торта. Жозефина для проверки смоталась на коммунальную кухню Лувра и на печке-грубе испекла таки торт по рецепту мужа. Рецепт, данный с перепугу, оказался настолько хорош, что император был прощен и даже отпущен в очередной поход.
Схватив эту ценную информацию, Межбижер кинулся к воротам, дабы блеснуть эрудицией.
А у ворот шли баталии местного значения. Полакомиться наполеоном хотели все, но никто не хотел вкалывать. Поэтому честь испечь торт доверяли друг другу, не глядя.
- Рива! У тебя скоро день рождения! – привела убийственный аргумент тетя Маруся.
- Вот и сделай мне подарок! – тут же нашлась тетя Рива.
Народ одобрительно загудел. И стал, было, расходиться. Но тетя Маруся вдруг заявила, что таки да, торт она спечет. Даже два. Один Риве, а второй чтоб попробовали те, кто придет к ней завтра в гости.
В гости к Марусе захотели прийти все! Но Маруся их пыл умерила, сообщив, что допуск к ней на кухню только по пригласительным билетам. А билет получит тот, кто исполнит ее, Марусино желание.
- Какое желание? – взвыли все.
А практичная Нюся Накойхер огорчилась:
- Людев много, а желание одно!
Ее поддержали.
Тогда Маруся одумалась, сбегала домой и принесла тетрадку за две копейки и карандаш.
- Сколько вам желаний загадать? – спросила она.
Посчитали. Поругались. Снова посчитали…
Получилось пять желаний.
Маруся записала каждое на клочке бумаги, сняла с Межбижера картуз бросила туда пожелания, свернутые в трубочки и предложила желающим тянуть.
Мадам Берсон выпало купить все для теста.
Тете Ане сделать это самое тесто.
Тете Симе испечь коржи.
Нюся Накойхер должна была принести все для крема.
Тете Риве выпало сделать крем.
- Ладно, - сказала Маруся, - остальное я сама!
Опять хотели расходиться, но мадам Берсон, подсчитав в уме убытки, взвыла, что так нечестно.
👇👇👇👇
