Работяга Дэн Берн из Ньюкасла дал https://www.nytimes.com/athletic/7275801/2026/05/14/dan-burn-newcastle-interview/?unlocked_article_code=1.iVA.rLxO.KMO0vn6ed8vI&smid=ta-android-share
По большей части беседа состоит из базовых для интервью футболистов вещей, но есть интересный и важный блок про ментальные проблемы и "синдром самозванца".
Его тут, с вашего позволения, я приведу.
Однажды во время игры за Фулхэм, Берн, после жесткого столкновения, получил сотрясение мозга.
Но сам игрок думал, что все намного хуже.
"Я убедил себя, что у меня опухоль мозга", — говорит Берн.
"Я пошел в больницу, поговорил с нейрохирургами, и они сказали: „Нет, с вами все в порядке, с вами все хорошо“, но я убедил себя, что это не так.
Я не мог спать, у меня была бессонница, и это просто нарастало как снежный ком".
Берн делает паузу на секунду, а затем говорит:
«Я думал, что умираю».
В его жизни происходили и другие события, например, развод родителей, который, «вероятно, повлиял на меня сильнее, чем я думал».
Были ещё и проблемы с головой, пока Роз, тогда его девушка, а теперь жена, работала полный рабочий день, и Берн часами оставался один, что он ненавидел и с чем боролся.
«Я просто попал в замкнутый круг», — говорит Берн. «Было очень много тревоги».
Даже в лучшие моменты его поведение было нездоровым.
В раздевалке после игр Берн брал телефон и искал своё имя в социальных сетях.
«Когда я только начинал, всё было отлично, потому что люди меня всячески хвалили», — говорит он.
«Когда всё пошло в обратном направлении, всё ещё были хорошие вещи, но потом кто-то говорил: „Дэн Бёрн — отстой“, и это очень сильно на меня влияло. Я не мог перестать об этом думать».
Всё нарастало.
Тренировки были для Берна убежищем, несколькими часами передышки, когда мозг переставал работать, но даже там его теперь преследовал ужас.
Страх был невыносим.
Страх подвести людей: Роз, которая переехала в Лондон, чтобы построить с ним жизнь, его родителей, его родной город Блайт.
Страх доказать другим людям их правоту, тем, кто никогда не верил, что Берн достаточно хорош.
«Плохие дни быстро превращались в плохие недели, а затем в плохие месяцы», — говорит Берн.
Внешне Берн жил роскошной жизнью профессионального футболиста, присоединившись к Фулхэму в 2011 году в возрасте 19 лет, что, впрочем, не объясняет, почему Берн сидел в машине, держась за дверную ручку, но не мог пошевелиться, его тело сотрясали рыдания.
«Я плакал и плакал», — говорит Берн.
«Я просто рыдал навзрыд. Позвонил маме и сказал: „Я больше не хочу так себя чувствовать. Когда это прекратится?“».
Много лет назад, играя за Фулхэм, Дэн Берн достиг критической точки и в отчаянии обратился к Клайву Ривзу и Дэнни Холмсу - спортивным психологам клуба.
«Просить о помощи было самым трудным, что я когда-либо делал», — говорит Берн.
«Я чувствовал, что это стигма. Я думал, что это слабость. Но это было лучшее, что я когда-либо сделал».
На поле "Большой Дэн Берн из Блайта" - жесткий и неуступчивый защитник, вне поля он забавный и располагающий к себе.
Но когда-то Берн был крайне уязвим за пределами поля.
«Я могу говорить об этом, и знаю, что многие футболисты могут чувствовать то же, что и я», — говорит Берн.
«Я могу говорить об этом с ребятами в Ньюкасле.
Если они посмотрят на меня и скажут: «Хорошо, если он через это прошел, то, возможно, мне нужно с кем-то поговорить» - это замечательно.
Я хочу помочь молодым ребятам, которые только начинают свою карьеру, зная, какое давление они будут испытывать, и попытаться передать им свой опыт».
В Фулхэме часть восстановления Берна заключалась в отказе от социальных сетей.
«Оглядываясь назад, меня раздражает, что я позволил этому так сильно повлиять на меня, потому что почему вообще меня это волновало?» — говорит Берн.
«Но меня волновало.
Мне нужно было это мгновенное удовлетворение, ощущение, что у меня все хорошо.
Теперь я понимаю, какой я человек, какой игрок. Меня действительно волнует только мнение тренера».
