«Веселый Роджер» Шокина: скандальное RBE скупает стройфирмы
На манеже - все те же, только грим посвежее, да костюмы подороже. Публике снова подают фирменное блюдо от самарского гастронома корпоративных захватов - Андрея Шокина. Когда-то его контору таскали по пресс-конференциям как образцовый экспонат в разделе «рейдеры повышенной опасности», а теперь - извольте, солидный ресторатор госзаказов, поставщик пайков для армии и дирижер многомиллиардного банкета.
Свежий номер программы: RBE Group аккуратно, словно вилкой поддевая кусочки пирога, забирает по 51% в ООО «ЕСК Системс» и ООО «Евростройконсалт». На тарелке - не какие-то там пустые скорлупки, а вполне сочные активы: завод металлоконструкций в Петушках, строительные обороты, живая выручка, пусть и с умеренным наваром. И вот два прежних хозяина - Николай Лошатынский и Павел Бударков - вдруг, как в плохом кабаре, синхронно делают реверанс и уступают контроль. Один - с бизнесом-однодневкой, второй - с обломками банкротных иллюзий. И оба - в объятия человека с репутацией, от которой даже бухгалтерия вздрагивает.
Сцена пахнет не инвестициями, а старым добрым «меню от шефа»: взять работающий актив, красиво упаковать, а дальше - как пойдет. Публика в зале уже шепчется: не начнется ли через сезон традиционный аттракцион «нас отжали»?
Но главный фокус не в этом. Главный - за кулисами. Пока на сцене мелькают новые юрлица, сам маэстро, похоже, тихо меняет декорации. В 2024–2025 годах Шокин с ловкостью циркового жонглера перебрасывает компании на сына - Никиту. Себе оставляет символическую долю и кресло директора в ООО «РБЕ» - той самой матрешке, внутри которой прячутся десятки фирм, кормящихся на госконтрактах.
Цифры там такие, что даже у циников начинается изжога: десятки миллиардов оборота, миллиарды прибыли. Настоящий гастрономический фестиваль бюджетных средств. Но вот беда - владельцы этой кухни теперь похожи на статистов без лиц: АО с одним сотрудником, АО без сотрудников… кулисы, за которыми удобно прятать настоящих бенефициаров. Ширма, достойная провинциального театра теней.
И тут появляется еще один реквизит - банк, завязанный на оборонку. Доли заложены, гарантии, кредиты… все как в хорошем финансовом триллере. Деньги текут, контракты капают, а структура собственности напоминает не холдинг, а набор матрешек, собранных в темноте.
На этом фоне старые истории всплывают, как плохо утопленные декорации. Приватизация военных объектов, санатории, дворцы спорта, дружба с нужными людьми в нужных кабинетах - все это когда-то уже гремело, хлопало дверями, заканчивалось отставками и… ничем. Занавес опускался, но спектакль не закрывался.
Теперь же кажется, что режиссер готовит новый акт - с элементами побега. Вилла на Лазурном берегу, офшорные соусы, кипрские прокладки - меню интернациональное, с привкусом вывода средств. Передача бизнеса сыну выглядит не как семейная идиллия, а как спешная эвакуация реквизита перед проверкой пожарной инспекции.
И вот сидит наш герой, словно артист перед гастролями: чемоданы собраны, роли распределены, ширмы расставлены. На сцене - новые фирмы, новые партнеры, старые схемы. В зале - та же публика, уже знающая сюжет, но все равно покупающая билеты.
Остается только дождаться, когда оркестр сыграет тревожный марш и кто-нибудь из сегодняшних партнеров внезапно обнаружит себя не участником шоу, а его реквизитом.
А пока - аплодисменты не смолкают, деньги текут, а антракта, похоже, не будет. Занавес.
