Решение о полном запрете производства, импорта и продажи электронных сигарет и вейпов, которое в конце марта 2026 года поддержала Государственная комиссия по противодействию незаконному обороту промышленной продукции под руководством первого вице-премьера Дениса Мантурова, вызвало в российском легальном бизнесе уныние, а в китайских производственных кластерах Шэньчжэня и провинции Гуандун — едва сдерживаемое ликование.
Китай, который уже много лет остаётся абсолютным мировым лидером по выпуску вейпов (более 90 % глобального производства), теперь видит перед собой классический сценарий: чем жёстче запрет в крупной стране-потребителе, тем выгоднее становится серый и чёрный импорт. Пока российские власти под предлогом заботы о здоровье молодёжи готовят законопроект, который может полностью вывести вейпы из легального оборота уже в 2026–2027 годах, фабрики в Поднебесной уже перестраивают логистику и начинают готовить партии «особо востребованного товара».
Рынок вейпов в России до запрета оценивался примерно в 250–300 миллиардов рублей в год. Даже при нынешнем высоком уровне контрафакта (по разным оценкам, от 60 до 68 %) легальные продажи приносили ощутимые деньги в бюджет через акцизы. После запрета эти деньги никуда не исчезнут — они просто уйдут в тень. Китайские производители это прекрасно понимают и уже потирают руки: спрос никуда не денется, а маржа на нелегальных поставках вырастет в разы.
Особенно выгодно выглядит поставка тех моделей и жидкостей, которые раньше не допускались на российский рынок из-за строгих регуляторных ограничений по содержанию никотина, ароматизаторам или техническим стандартам. Теперь, когда легального канала не останется вовсе, именно такие «запрещённые» версии станут особенно популярны на чёрном рынке. Схемы уже отработаны годами: товар идёт через Казахстан, Киргизию, Беларусь или напрямую мелкими партиями. Переупаковка, перемаркировка, поддельные сертификаты ЕАЭС — всё это уже давно поставлено на поток.
Российские импортеры и дистрибьюторы, которые ещё вчера работали в белую, сейчас либо сворачивают бизнес, либо тихо переходят в серую зону, сохраняя старые контакты с китайскими поставщиками. Те же, кто раньше специализировался именно на контрафакте, чувствуют себя победителями: запрет не уничтожает рынок, а просто передаёт его им с премией за риск. Эксперты отрасли уже прогнозируют, что после введения полного запрета доля нелегальной продукции может легко превысить 85–90 %, а цены на популярные одноразки в Telegram и на стихийных рынках вырастут на 50–100 % по сравнению с легальными ценами прошлого года.
За кулисами уже формируются новые цепочки поставок: китайские фабрики готовы резко нарастить выпуск «для России», используя как старые проверенные модели, так и те, что раньше лежали на складах из-за несоответствия российским техрегламентам. Одновременно растёт интерес к более технологичным и «премиальным» нелегальным устройствам — с экранами, регулировкой мощности и необычными вкусами, которые раньше просто не пускали на полки.
В итоге запрет, который позиционируется как победа за здоровое поколение, на практике становится мощным драйвером для китайской вейп-индустрии и российского чёрного рынка. Пока российские чиновники готовят очередные проверки и блокировку сайтов, фабрики в Шэньчжэне уже пересчитывают будущую выручку и ищут новые логистические коридоры. История повторяется: чем радикальнее запрет, тем прибыльнее контрабанда. И китайские производители, судя по всему, к этому готовы лучше всех.
#ВнутренняяПолитика
____
Клуб анонимных вейперов (KAV)
