По поводу выпуска «Натальной карты» с Артемием Лебедевым
С большой симпатией отношусь к Олесе и без симпатии к Артемию.
Важно отметить, когда ты приглашаешь к контакту мужчину словами «у нас будет сложный пациент», «ты весь в защитах, тебе нужно выходить из защит», «ты должен прекратить сопротивляться», «вылезай из своей ракушки» и пр., то ответная агрессия неизбежна, даже если бы на его месте был бы чуткий, деликатный человек. Просто форма агрессия была бы более щадящая.
Цель этого поста не обвинить кого-то одного, а показать, как каждый участвует в диалоге, куда приглашает второго, какое послание дает. И как, слово за слово (слова одного влияют на слова другого и так по кругу), все доходит то точки кипения. Значит ли это, что Артемий прав? Нет, это было грубо, по-хамски и неуважительно по отношению к женщине. И здорово, что Олеся сразу отразила, что это не приемлемо в ее адрес.
Но в ее картине мире, она «старалась» выстроить контакт, пробовала развить диалог, достучаться до мыслей и получить более подробный ответ. Сделала все, чтобы диалог случился. А для него ее слова – это не способ построить диалог, а скорее наезд и попытка рассказать, что ему нужно сделать и каким нужно стать. Он ощущал, что к нему привязались и куда-то лезут, давят. Это он так и сказал, только грубыми словами. И не выдержал. Нужно ли было найти другую форму? Да, однозначно
