Вчера у THR вышел https://www.hollywoodreporter.com/movies/movie-features/all-of-a-sudden-cannes-exclusive-tao-okamoto-virginie-efira-1236595032/ об All of a Sudden Рюсукэ Хамагути.
😊 Тао Окамото поняла, что роль режиссерки Мари принадлежит ей, когда прочла в сценарии сцену, в которой героиня читает длинный и сложный, напоминающий научную работу, монолог о системных недостатках капитализма:
Я много лет об этом думал, и мне посчастливилось рассказать об этом людям в фильме, это просто потрясающе. Думаю, это поможет многим людям связать все воедино. Мне кажется, я никогда раньше не видела фильма, который так подробно и ясно объяснял бы систему капитализма и то, где мы находимся.
😊 стремительно завязывающаяся дружба между героинями перетекает в более широкие разговоры о состоянии мира. Виржини Эфира говорит:
Я очень чутко относилась к интеллектуальному характеру фильма, потому что взгляд на вещи через призму инаковости и философского подхода может расширить наш кругозор. Мы снимали в действующем доме престарелых с настоящими жильцами, и в центре внимания были именно эти люди, которые больше не нужны капитализму. Диалоги Хамагучи настолько сильны, что им удается сочетать в себе интимное и политическое.
😊 Хамагути пригласил Эфиру и Окамото, интересуясь их предыдущими ролями: первую он расспрашивал об ее опыте работы с Полом Верховеном (та появлялась в его Elle и Benedetta) и с восторгом рассказывал Окамото (что позабавило ее саму) об ее игре у Джеймса Мэнголда в Росомахе.
😊 Окамото, в свою очередь, притворялась, что знает французский, что требовалось для роли, прежде чем действительно овладеть им. У нее было 12 месяцев на погружение в различные учреждения, такие как центр исследования рака;
😊 Эфира тоже почувствовала родство со своей героиней Мари-Лу. О подготовке актрис со стороны Хамагути она говорит:
Он написал целые сцены, которых не было в сценарии, которые мы [разыгрывали], просто чтобы раскрыть характеры персонажей, создав для них воспоминания.
😊 на создание одной 20-минутной сцены диалога уходило два дня. Хамагути начинал с одного общего плана, затем разбивал его на более мелкие части, возвращался к общему плану — и репетировал, как будет выглядеть следующий день.
Если что-то шло не так, или вы что-то неправильно понимали, или неправильно реагировали на 12-й минуте, мы просто начинали все сначала.
Кроме того, по словам Эфира, они должны были точно следовать словам сценария, однако интерпретировать диалоги могли по-своему.
😊 Окамото о работе Хамагути с актрисами:
Меня раньше хвалили за то, что я могу определять, откуда падает свет, где находится камера, не глядя на нее, как меня снимают — я думала, что это моя сильная сторона. Но в первую неделю он сказал мне: "Можешь просто забыть, что ты играешь?" Для меня было настоящим испытанием отключить все эти внутренние системы.
😊 за два месяца съемок между Окамото и Эфира завязалась дружба, отражающая динамику между их героинями. Эфира замечает:
Оказалось, что лучшее лето я провела в доме престарелых, чего я совершенно не ожидала. Мы все говорим, что это изменило нашу жизнь, и я никогда не испытывала ничего подобного ни на одной другой съемочной площадке — и это не рекламная фраза.
Окамото добавляет:
Это полностью изменило мою жизнь. В детстве я боялась смерти, это был один из моих самых сильных страхов, и, повзрослев, я научилась не думать об этом, — но мне пришлось снова столкнуться с ней.
😊 фильм политически бескомпромиссен и пронизан едким юмором, он бросает вызов непреодолимым системам, и в конечном счете оказывается фильмом о доброте;
На внушительный хронометраж Эфира смотрит так:
Всегда лучше посмотреть хороший фильм продолжительностью три часа, чем плохой, который длится час и двадцать минут. У Хамагути есть внимание к деталям. Он не берет вас за руку и не говорит, что думать. Он действительно не торопится, и я думаю, что нашему обществу нужно это время — у нас его нет, но оно нам нужно.
Премьера All of a Sudden состоится в конкурсе уже через пару часов.
