Впервые посетил колоритное место — заброшенную Фабрику лимонной кислоты на задворках Лиговского проспекта, используемую в качестве выставочной площадки
https://t.me/Ccc_x124. Там проходит выставка «Навсегда», на сей раз представляющая не сибирских, а питерских художников. Поначалу, с порога, она показалась мне одной из тех выставок мусорного искусства, которые терпеть не могу. Но очень скоро понял, насколько неверным было это первое впечатление. Выставка отличная.
Она объединяет работы одиннадцати художников, распределенные по одиннадцати рубрикам: хаос, сон, бешенство, безмолвие, антиутопия, сопротивление, меланхолия, переход, отчаяние, самоотрицание, эрос. В целом список, как видите, довольно мрачный — и в столь же мрачно-романтическом, обреченном духе с прозрачными намеками на текущую общественно-политическую ситуацию выдержан короткий кураторский текст Петра Белого, который можно считать таким же полноценным экспонатом, как и собственно художественные вещи.
Впрочем, отдельные работы тут не главное. Они — лишь элементы тотальной инсталляции, определяемой характером самого пространства — полуруины с рудиментами былой функциональности. И устроена она так, чтобы граница между художественными интервенциями и исходной энтропийной фактурой была как можно менее ощутимой. Однако и отдельные работы мне понравились — и ассамбляжи Ивана Чемакина и Елены Филатовой и Александра и Лизы Цикаришвили, и живопись Татьяны Подмарковой и Коли Садовника, и стенопись Леонида Цхэ.
Особо отмечу текстовую инсталляцию Игоря Яновского (илл. 7, 8; как объяснила мне сотрудница галереи, это единственная работа, не созданная специально для выставки). Это четверостишие Анны Ахматовой («Я научилась просто, мудро жить, / Смотреть на небо и молиться Богу, / И долго перед вечером бродить, / Чтоб утомить ненужную тревогу»), произвольно разнесенное по шести отдельным объектам. Три из них плоские (типа картин), один — объемный (типа минималистской скульптуры), а два занимают промежуточное положение благодаря изогнутому профилю: как будто картина сползла со стены на пол и при встрече с горизонтальной поверхностью согнулась. А может — наоборот, пытается взобраться на стену и принять подобающую картине вертикальность. Это отображение пространственных сил/координат соотносится с пространственным распределением фрагментов строфы по частям инсталляции (требуется некоторое время, чтобы обозреть их со всех необходимых точек зрения и тем самым собрать рассеянный текст).
Возможно, я пристрастен: мне в последнее время интересны работы, тематизирующие границу и напряжение между словом и изображением, или основанные на визуализации / овеществлении / спациализации текста. В этом плане инсталляция Яновского перекликается с работами и, в меньшей степени, Эрика Булатова, но есть в ней и что-то весьма своеобразное.
#выставки, #СПб, #современное_искусство
