Про воспоминания из коробки и цену репутации
Недавно мама разобрала кладовки в доме и собрала каждому члену семьи по огромной коробке с артефактами из прошлого. Попросила рассортировать – что можно выбросить, что хочешь забрать себе на память, а что оставишь храниться в отчем доме для будущих поколений.
Копаясь в своей коробке, я была в шоке от того, сколько всего можно успевать, когда тебе 15-19 лет. Бесконечные подробнейшие конспекты по всем предметам, тонны отксерокопированной в библиотеке дополнительной литературы, тетради стихов, рисунки, стопки газет, в которых публиковалась, и огромная кипа легкомысленных и не очень переписок на парах с подружками. Это особенно повеселило: как выглядели чатики в эпоху отсутствия чатиков. Просто лист в клетку, который передавался по ряду.
Вспомнила, как сложно быть заучкой, когда душа требует рок-н-ролла. Ты тусуешься, как только выпадает возможность, но потом сидишь ночами и зубришь античку. Хорошо, что молодой организм, свежий мозг и объем памяти позволяли успевать все. И практически всегда пары дней перед экзаменом хватало, чтобы уложить содержание билетов в свою голову и сдать на отлично.
Но курсе на третьем, когда репутация умницы и отличницы была практически непоколебима, я таки впервые продолбала подготовку к зачету по зарубежной журналистике. Не успела подготовиться совсем, и шансы мои на успех были минимальны. Я зашла в кабинет, как водится, одной из первых, достала билет и осознала, что не представляю даже примерно, о чем речь. Это была не одна из тех ситуаций, когда можно что-то наплести, увести в сторону, заболтать. А та отчаянная ситуация, когда обезьянка в голове бьет в медные тарелки.
Сижу я перед молоденьким преподавателем, таким же принципиальным зубрилой, как я, и долго напряженно молчу. И в какой-то момент по щеке стекает тяжелая грустная слеза безнадеги. Препод вскакивает, округляет глаза, причитает: «Вера, ну что вы, нельзя же так сильно переживать из-за зачетов. Я прекрасно знаю, что вы все выучили! Вот зачетка, я все подписал, я сейчас водички принесу». И выбегает из аудитории. И так мне было неприятно в этот момент, первый раз вкусила, что значит манипулировать ожиданиями аудитории.
Какие выводы сделала юная Вера для своего последующего профессионального опыта? Репутация – вещь хрупкая. Заработать тяжело, слить легче легкого. Форматы PR-коммуникаций из разряда: «Извините, мы тут облажались, это все чудовищная ошибка, мы все исправим и больше не повторится» работают максимум один раз, потом всем понятно, что либо это не ошибка, либо вы ничего не исправили.
Аудитория, которая простила вам откровенную лажу, все равно затаит горький осадочек. А не оставили ли ее в дураках? В начале следующего семестра тот молодой препод смотрел на меня с легким подозрением – не пошел ли он на поводу откровенной манипуляции в присутствии многих свидетелей? Поэтому зарубежку я в тот момент учила с особенным старанием, и вопросов на кафедре больше не возникало.
Ну и, конечно, публичная лажа допустима, если базовый уровень доверия высок. Рыдающего двоечника в самом лучшем случае отправят на пересдачу. Сережа тут на днях проводил
https://t.me/semsotslov на тему: что важнее – хороший продукт или хороший пиар? Так вот, всегда – важнее хороший продукт. И задача пиарщика в том числе постараться плохой продукт до потребителя не допускать.
