Колумнист «Вечернего Телеграма» архитектор, основатель и генеральный директор бюро FUTURA-ARCHITECTS рассказывает о том, почему высотное строительство в Петербурге и агломерации неизбежно, и как эту неизбежность можно примирить с уникальной исторической средой.
Вавилон-Петербург: зачем башни в городе под защитой ЮНЕСКО?
Санкт-Петербург — один из главных мегаполисов Европы и один из самых густонаселенных городов Старого Света. За последние 10 лет число петербуржцев увеличилось на 400-500 тыс. В следующую декаду количество жителей города увеличится еще раз примерно на столько же, и процесс дальнейшего роста не остановить.
В отличие от городов-музеев вроде Венеции, у Петербурга нет роскоши замирания во времени и пространстве. А значит — его растущему населению, как и его растущей экономике, необходимы новые здания, отвечающие времени и амбициям.
А как же уникальная «небесная линия»?
Единственный петербургский небоскреб, конечно, сломал исторический горизонт. Но высотное строительство — это не обязательно «Охта» или «Лахта», которую будет видно отовсюду. Можно подходить к этому деликатнее: строить высотные объекты (от 150 метров) там, где они не нарушат облик центра.
К тому же вертикальные доминанты характерны для Петербурга. В небесной линии города всегда были «прострелы»: Адмиралтейская игла и шпиль Петропавловского собора, купол Исаакия, колокольни Смольного и Никольского соборов — и это только те высоты, которые дошли до нас, а сколько колоколен разрушили в начале ХХ века? Они служили и служат нам, элементарно, ориентирами и формируют пространственный каркас города. Но время идет, и Петербург давно разросся на разные берега и даже перешел в агломерацию. А что же мы при этом видим в доминантах неисторических районов? Только «Лахту», мачты Вантового моста, ЗСД и трубы котельных.
И куда ставить эти «стекляшки»?
Еще пять лет назад у нас не было таких технологий, которые дали бы визуализировать вид на небоскреб из любой точки Петербурга. Но новая цифровая модель города позволяет нам точно просчитать, в какую сторону мы можем двигаться с «вертикальными городами», не уничтожив город горизонтальный, показать визуально безопасные зоны.
Такие расчёты я уже проводил со студентами во время воркшопа по высотному строительству в Политехе. Например, деловые центры высотой 120-150 метров на юге в районе Кудрово, видны с проспекта Славы, но точно не будут раздражать горизонт даже окраин исторического Петербурга. При этом это способ перерождения районов из просто «спальников» с многоэтажками в новые архитектурно-интересные пространства, притягательные для бизнеса.
Развитие мегаполиса — это всегда компромисс между ростом и консервацией. И речь сегодня идет о том, чтобы создавать новые экономические опоры, которые не только не испортят любимый нами объект ЮНЕСКО, но и не дадут ему задохнуться в собственных рамках.
А что там у других?
В европейском градостроительстве среди развивающихся мегаполисов есть много примеров удачных и не очень решений. Отрицательный пример — Лондон. «Лахту» многие сравнивали со знаменитым «Огурцом» лондонского «Сити». Бурное развитие столицы королевства в последние 40 лет привело к тому, что некогда схожий с Петербургом по пропорциям город стал местом, где Биг-Бен и другие доминанты оказались в тени стеклянных высоток.
Много и органичных примеров развития исторических городов. Мюнхен — одна из главных экономических столиц ЕС. Но из исторического центра вы не увидите ни одного «огурца» — все небоскребы вынесены на северную окраину города, в том числе штаб-квартира BMW.
Рига и Таллин, хоть и меньше по размеру, но тоже обладают уникальной исторической застройкой. «Старый город» в обеих прибалтийских столицах визуально изолирован от новых высотных районов, которые не могут превышать 130 метров над землей. Варшава с её ландшафтной неровностью, которую обратили во благо — самый высокий в ЕС небоскреб Varso вы не увидите из средневекового центра.
Опыт в мире есть, и я думаю, нам удастся реализовать «Ленинград Сити», о котором недавно заявили власти Ленобласти.
📸 : Мария Григорьева
