Ничего не понимаю в психоанализе, но про SLAANG я тоже ничего не понял
Рэп — жанр многословный. Даже чрезмерно многословный. «Гиперговорение» — вот его отличительная черта, которая не дала ему целиком слиться со сладкой жижой попса в единую форматную субстанцию, лишенную авторского ядра. Думаю, что нагромождение слов, то самое «гиперговорение» — это в том числе лазейка в бессознательное любого рэпера, реализующая, быть может, наше вуайеристское желание подсмотреть в окошко чужих глубинных процессов. Ровно поэтому рэп как форма тотального высказывания нам всем нравится — тут сразу всё: и покачать башкой, и приценить чужих ангелов и демонов, где-то солидаризироваться, где-то поперхнуться. Можно сказать, что рэп — это во многом про прорыв, достигаемый тупо из-за большого количества произносимых слов, то есть во многом случайный и хаотичный, к самому нутру, к скрытым психическим пластам автора, а значит, и к нашим тоже. Если так, то в чем они, эти пласты, выражаются?
Внутри бессознательного каждого (да-да, и рэпера в том числе) разворачиваются два влечения — влечение к жизни и влечение к смерти. Без жизни нет смерти, но и смерти нет без жизни — неразделимая диалектика, сочетание взаимных противоположностей, что дарит нам психическую свободу, возможность действовать. Однако есть проблема. Казалось бы, самый витальный, проактивный принцип психического функционирования — принцип удовольствия должен принадлежать влечению к жизни, мол, живу чтоб кайфовать, а чтоб кайфовать — нужно что-то делать. Но нет, он подчинен влечению к смерти, как и — неожиданно — влечение к жизни, ведь именно смерть является организующей силой по отношению к ним. Вот цитата Фрейда: «Цель всякой жизни есть смерть». Самый гедонистический жанр музыки слегка напрягся — и, правда, тут же выдохнул, ведь практически каждый рэп-альбом сам просится в одну из двух категорий: 1) рэп про принцип удовольствия; 2) рэп про диалектику влечения к жизни и влечения к смерти, над которыми, фух, подведена общая линия небытия, и поэтому в отдельных случаях одно может незаметно перетечь в другое.
Вторая категория звучит высокопарно, но записать стоящий рэп-альбом первой — задача куда более сложная, поскольку требует по сути каждый раз нового языка и нового звука, если претендует на какую-то значимость, ведь нет ничего более избитого, чем в трижды переваренной форме выразить наше общее потаённое желание всеобъемлющего удовольствия, а сделать это с новым подходом, повторюсь, довольно сложно. «Хочешь логики YT — отключи свои мозги» — читал Yung Trappa, подметивший главный принцип гедонистического рэпа, один из визионеров русского рэпа, привнесший в наш рифмующий околоток южный западный рэп — про тусовки в клубах и трэп-споты. Впрочем, он на то и визионер (и гений), а не просто рэпер, который, работая в жанре музона про удовольствие, развивал его и выходил на куда более сложные темы, сохраняя свой необычный язык. «Я повторяю этим людям то, что я в порядке, но если не хитрить, то я не в порядке» — во-первых, подтверждает мои слова, учитывая то, что в этой песне он обращается к доктору (вероятно, психологу), во-вторых, просто гениально.
А что касается нового альбома Aarne и Toxi$ «SLAANG» — я не понимаю, зачем он выложен на площадки. Одного популярного трека «SHOW EM» про протезирование («Перевел ей чисто 500к, ну чисто так, на ногу») было бы достаточно для формального придания статуса «рэп-игрока» каждому: чтоб позволить Токсису дальше снимать смешные кружки, а Арни спускаться в лондонское метро, не боясь претензий от черных mandem-братишек о not true. Такой вывод я делаю, потому что все остальные треки — это уже четырежды пережеванный рэп, скучный, лишенный попыток поработать со словом и во многом основанный на звуке Yeat. Большое исключение из всего альбома — это парт SKY RAE на треке «MAKE A DANCE», полный высокой энергии техничного репрезента. Строчка SKY RAE «Бро, соси ириску» — мило, плюс проблеск чего-то гениального, среди прочей пластмассы Арни и Токсиса. Ждём от неё альбом.
Такой вот положняк.
