Что ты там вошкаешься?
Вошкаться – долго возиться с чем-либо, медлить, мешаться под ногами, мельтешить.
Сказанная фраза натолкнула меня на рассказ о вшах.
Мне повезло: годы моего взросления пришлись на время, когда встреча с паразитами, так прочно связанными в языке с этой фразой, была скорее редкостью. Столкнулся я с ними гораздо позже, во время работы с детьми в лагерях и экспедициях.
На человеке паразитируют три основные формы вшей. Причем вшей находят на людях уже не одно тысячелетие, известны они на древнях гребнях из Израиля, на мумиях из Бразилии, Перу и, конечно же, Древнего Египта. В одном из самых знаменитых медицинских папирусов, Папирусе Эберса, обнаруженном в 1872 году в Фивах, автор рекомендует смешать во рту финики и воду, выплюнуть полученную кашицу и намазать ей голову.
Кстати, один из живучих мифов, что вши являются признаком нечистоплотности, хотя известно, что они вполне охотно живут и на чистых волосах, а в экспериментах цепляются на них даже охотнее.
Питаются вши кровью. И хотя кровь – пища питательная, но неидеальная: в ней не хватает необходимых веществ. Поэтому у человеческих вшей есть обязательные бактериальные симбионты, живущие внутри них и помогающие компенсировать этот дефицит. Более того, свежие геномные работы показывают, что разнообразие этих симбионтов тоже несёт следы древней истории расселения человека.
Что же касается самих вшей, то если головная вошь, Pediculus humanus capitis, с нами с доисторических времен, то платяная, Pediculus humanus humanus, – хотя и относится к тому же виду, что и головная, в каком-то смысле побочный продукт нашей собственной культурной эволюции: чтобы такая вошь вообще появилась, должны были возникнуть устойчивые привычки ношения одежды. Ведь даже яйца -гниды, эти вши откладывают не на волосы, а на волокна тканей. Именно эта вошь стала настоящим бедствием средних веков, где буйствовала антисанитария, а в какой-то момент купания вообще стали считать вредительством здоровью, поселяясь в одежде, пышных париках и перенося тяжелые инфекции. На её счету – сыпной тиф, возвратная лихорадка и окопная лихорадка.
Лобковая же вошь, Pthirus pubis – совсем другой вид. Если головная вошь выглядит как узкий бегун на длинную дистанцию, то лобковая – короткая, широкая и действительно напоминает крошечного краба. Не зря по-английски её называют crab louse. Такая форма тела связана с тем, что ей нужно цепляться за более жёсткие, толстые и редкие волосы. Поэтому её хватательные ноги и общий силуэт заметно отличаются от головной вши. Она хуже приспособлена к длинным волосам головы, зато отлично держится в лобковой области, подмышках, на груди, в бороде, а иногда даже на бровях и ресницах.
Удивительно, что лобковая вошь ближе к вше горилл, чем к человеческой головной вше. По современным эволюционным данным, предки Pthirus pubis перешли к человеку от линии, связанной с гориллами, примерно 3,3 миллиона лет назад. То есть паразиты подсказывают нам такие детали древней истории приматов, которые не всегда удаётся восстановить по одним только костям. Более того, сама эта история косвенно намекает, что к тому времени у предков человека уже сформировались новые участки тела с подходящим типом волос, куда такой паразит мог переселиться.
И хотя сыпной тиф, благодаря вакцине, разработанной биологом Рудольфом Вайглем, нам удалось победить, вши продолжают жить рядом с нами, а в крупных городах мы можем найти сразу несколько независимо существующих популяций вшей, в которых мы можем проследить особенности жизни и путешествий людей. Часто на вокзалах можно найти вшей – коренных жителей города, а также заезжих гостей, которые решили освоить мегаполисы. Причем такие популяции точно отражают сеть маршрутов, например, поездов. Поэтому оказавшись на Киевском вокзале в Москве вы наверняка найдете там вшей из Брянска, а на Курском точно будут незваные гости из Орла, Тулы, и, конечно же, Курска🪳
