Привет, коллеги! За полтора месяца отсутствия даже привычные вещи и действия ощущаются новыми, но и того, что происходит впервые, хватает.
Не хватает только волшебного посоха, что быстро поправит перекошенные стены домика ниф-нифа после трудной зимы, но мы, как всегда, в поиске. Поиск этот отнимает кучу душевных сил: что же, что же нам поможет, извечный вопрос работника культуры. На языке процессов ответ звучит сейчас так: операционка. Стратегические решения хороши, когда запаса ресурсов хватит на рождение нового. Операционка — то, что дает быстрые результаты и точно приносит пользу. В виде чистых полов, крепкого кофе, отправленной в Москву книжки, которую без тебя бы не нашел человек. Над операционкой не нужно страдать, о ней не нужно много думать, она разгружает голову от глобального внешнего, собирает тебя внутри коробочки, и вот ты выходишь с ощущением, что день прошел не зря. Весьма эффективный антидепрессант.
Из этой точки — два стоп-слова, где я теперь останавливаюсь, когда нужно «что-то придумать»: слово «много» и слово «нового». Нового не в книжной культуре, понятное дело, а в процессах: как это новое принести, назвать, оформить, показать, о нем поговорить, внутри него быть — весь цикл от нового до обыденного пройти и не выпасть вниманием, и довести до ума и до денег, которые в теории новое должно принести полянке.
Весь прошедший год прошел в поисках новой формы: новое место, новая идентичность, новые форматы сотрудничества, эксперименты с пространством, новые знакомства, новое налогообложение, новая команда и бесконечные сонастройки, новые роли, новые функции, новые ответственности. Теперь представим, что каждая точка длится во времени, все движения происходят параллельно, и их — много. Остановите карусельку, я сойду, вот ожидаемая реакция тела. Из уже пройденных глубин можно задавать вопрос: точно ли новое — единственный рецепт.
Впервые провели четыре дня фестиваля зин-культуры. Мёд сердца — наблюдать за тем, как незнакомые друг другу люди собираются на экскурсию и затем вместе разворачивают, трогают, читают работы художников. Стараются понять. Наблюдать за тем, как художник формулирует собственное движение: я хочу сделать фестиваль сам, и он получился вот таким, потому что здесь – место моему слову. Провести точки между нами в Краснодаре и контекстом вокруг. Целительное новое, открывшее мне красоту.
На его подготовку ушло 4 месяца.
Время требует от нас быть еще гибче, еще точнее и еще быстрее — но на скорость изменений уже у всех аллергия. Изменение фрустрирует: только мы старое новое довели до результативных показателей, уже новое новое надо начинать, и никто не гарантирует, что на этот раз оно будет востребовано. Это злит — точка, где ты планировал спокойно поработать и отдохнуть, снова не состоится. Что делать? Конечно, идти в новое. Из любопытства, как бы сложно это не давалось уму.
На примере одного из решений последнего времени постараюсь пояснить: новая ответственность хороша и когда от нее зависит твоя жизнь, и когда она тебе искренне нравится.
В конце марта на мою почту просыпались десятки писем от проектов, с которыми раньше мне хотелось дружить, от книжных коллег: иллюстраторов, книжных магазинов, школ литературных практик, от медиа и разных мастеров своего дела. И тут же кажется, что
а) у всех нормальных проектов рассылка уже давно едет, процессы выстроены, связь с читателем сохранена
б) никто не читает писем на почте из-за отсутствия привычки и передоза единовременными «приветами». Почта, как известно, для спама, а не для историй.
Но оказалось, что мне нравится читать и писать письма. Я с любопытством прочла все, что мне пришло, и была рада убедиться, что многие проекты живы. Я даже письмо директора SPLATа взяла почитать из новой коробки — не знала, что он так делает!
Письма для «Чарли» — моя попытка замедлить ход времени. От невротизма уведомлений — к радости встречи, и путь этот будет долгим.
Я неспешно пересматриваю наши сумасшедшие недели, выбираю из них книги, сюжеты и кадры, для меня это очень личное, но не лишенное пользы для читателя высказывание.