Англоязычный дебют Кантемира Балагова «Варенье из бабочек» приняли в Каннах прохладно. Фильму о печальных последствиях токсичной маскулинности не хватило, по мнению критиков, цельности и аутентичности.
Барри Кеоган играет черкесского иммигранта, который вместе с сестрой (Райли Кио) держит закусочную в Ньюарке, где подаёт свои фирменные дэлэны (традиционные кабардинские пироги с картофелем и сыром). Не особенно преуспев финансово, он возлагает большие надежды на сына, талантливого борца, стремящегося к олимпийской славе.
Ленту сравнивают со «Злыми улицами» Мартина Скорсезе. Среди формальных достоинств отмечают фирменный «тесный» кадр, «нервный» звук и нарочито приторное цветовое оформление пространства.
📌Cody Dericks, «Next Best Picture»: «В титрах значатся такие имена, как Барри Кеоган, Райли Кио и Гарри Меллинг, но самый запоминающийся «актёр» здесь – безымянный пеликан. Эта огромная птица вызвала бурную реакцию зрителей <...> На её фоне другие достоинства картины меркнут. «Варенье из бабочек» – это ещё один фильм, исследующий опасности токсичной маскулинности, который резко переключается с монотонного убаюкивающего повествования на агрессивный тон. С задачей дезориентировать зрителя Балагов справился на отлично, но это не отменяет сопутствующее чувство отторжения».
📌David Ehrlich, «IndieWire»: «...здесь есть по крайней мере одна сцена, которую мне прежде не доводилось видеть в кино. Двое подростков из Ньюарка трутся друг о друга позвоночниками в попытках избавиться от угревой сыпи на спине, в то время как дикий пеликан наблюдает за ними из угла комнаты. И это далеко не самый странный эпизод этой необычной иммигрантской саги».
📌Peter Bradshaw, «Guardian»: «Варенье из бабочек» – это мудреный, сбивчивый, неправдоподобный и, откровенно говоря, просто глуповатый фильм. Некое подобие магического реализма с неуклюжими диалогами в духе «Злых улиц» и дотошным пристрастием к этнической кухне. Без всякой на то причины большинство ключевых сцен просто остается за кадром».
📌Jonathan Romney, «Screen International»: «В фильме прослеживается определенный визуальный стиль: «тесный» кадр оператора Джомо Фрэя особенно ощутим в сценах борьбы, а в интерьерах преобладают характерные розовые оттенки, напоминающие о фруктах, варенье и сахарной вате».
📌David Rooney, «The Hollywood Reporter»: «Несмотря на то, что Кио досталось мало экранного времени, она играет лучше всех, что, похоже, указывает на способность Балагова тонко чувствовать именно женских персонажей».
📌Guy Lodge, «Variety»: «Виртуозно сочетая звук с изображением, Балагов удерживает внимание зрителя даже в те моменты, когда, казалось бы, ничего не происходит. Добавляет тревожного напряжения музыка Евгения и Саши Гальпериных, в которой еле уловимые электронные шумы переплетаются с хриплым человеческим дыханием».
