О военной полиции и водителях в зоне СВО
В солдатской разговорной речи врагов часто называют "пидоры" или "петухи". Это более простое и распространённое среди бойцов презрительное выражение, чем "хохлы".
Но речь будет идти не об украинцах. Я всё чаще стал замечать, что пидорами наши бойцы называют сотрудников нашей военной полиции.
Мне это не нравится. Многие военные полицейские – достойные и мужественные ребята, которые разделяют все риски в зоне СВО, стоят на блокпостах, гибнут от вражеских дронов. Но плохое поведение многих сотрудников и начальников ВП бросает тень на всех остальных.
Почему к ВПшникам появляется острая неприязнь и к ним начинают относиться, как к врагам?
В последние недели со стороны военной полиции резко ужесточились требования к бойцам и военному транспорту, за нарушение которых не только штрафуют, но и вносят в списки нарушителей – это создаёт риск отправки в штурмовые подразделения.
Конечно, есть военные законы, которые нельзя нарушать. Есть законные требования, которые не вызывают возражений. И есть грубые нарушения, за которые следует наказывать – например, нарушение сухого закона, перемещение военного груза без документов или аварийное состояние транспорта. Но речь не об этом, а о большом количестве формальностей и незначительных нарушений, за которые стали строго спрашивать и привлекать к ответственности. И не только тыловиков, но и людей, выполняющих боевые задачи.
Понятно, что это происходит не на самой ЛБС. Но проблемы и власть ВП начинают возникать за первыми же блокпостами.
Список нарушений, за которые спрашивают, становится всё шире. Предъявляют за "неуставную" форму одежды. Это при том, что во многих местах есть даже запрет на ношение военной формы – чтобы не привлекать внимания и не отличаться от местного населения.
Предъявляют за одинаковый почерк на сопроводительных документах – значит отметку и подпись поставил водитель, а не его командир. А как поставит командир, если он на боевой задаче, а водителю надо срочно ехать по другой боевой задаче?
Предъявляют за мелкие поломки или незначительные неисправности у машин типа треснутого стекла или неработающей фары. А эта машина каждый день ездит на ЛБС и у неё нет даже времени на ремонт (машин мало, заменить нечем). К тому же ремонт требует денег, которых всегда не хватает, или запчастей, которые не всегда подвозят.
Предъявляют за остановки военного транспорта у магазинов. Одни ВПшники говорят, что это просто запрещено, другие говорят, что запрещено оставлять машину без бойца. А если водитель едет один и ему надо взять воды или перекусить? Всё равно виноват.
Предъявляют за проезд в населённых пунктах, которые не прописаны в сопроводительных документах. И речь не о городе, а каком-нибудь посёлке, где вдруг оказался патруль ВП, жаждущий прижать злостных нарушителей. Маршрут может быть на двести км, и в документе просто невозможно прописать все населённики, через которые едет машина. И это при том, что в документе прописано, что при изменении обстановки бойцы имеют право на использование путей обхода данного маршрута.
Предъявляют даже за непристёгнутый ремень! И не только в тыловых районах, но даже вблизи ЛБС, где постоянная FPV-опасность и быть пристёгнутым просто опасно для жизни – не успеешь выпрыгнуть из машины. Даже в крупных городах, когда они обстреливались, обычная полиция не обращала внимания на ремни. А тут военная полиция предъявляет за ремни бойцам. Абсурд.
Подобных примеров можно приводить много. Для гражданского человека это может показаться дикостью, но для нас это повседневная реальность. Когда я людям про это рассказываю, мне не верят. Или говорят – да шлите их нахер, вы же выполняете боевые задачи!
Не всё так просто.
