Закрыл последнюю страницу «Волшебной горы», и ощущение такое, будто вышел из душной школы на морозный свежий воздух. (почему школы? наверное, потому что там тоже мучают людей)
Одна из тех книг, которую сложнее прочесть, чем написать(да, так бывает и таких книг немало).
Хотя, если задуматься, для сегодняшней России книга даже местами актуальна: общество тоже живёт в затяжном болезненном состоянии, люди привыкают к ненормальному, спорят о второстепенном, делают вид, что всё как обычно. Разница лишь в том, что у Манна катастрофа ещё только приближалась, а у нас она давно идёт полным ходом. Читать такое сегодня можно только по состоянию безумия средней тяжести.
На «Волшебную гору» я смог начать восхождение, только с третьей попытки. И читал очень долго, почти год, конечно с большими перерывами. Мне часто хотелось схватить Томаса Манна за грудки и трясти!!! Как же медленно!!!
Для меня это самая душная, скучная, вязкая и изнурительная толстая книга из всех, что я читал в жизни. Никому не советую. Если у вас есть гештальт закрыть её ради статуса или внутренней галочки — прочитайте первую и последнюю главы, этого достаточно. Всё остальное — добровольное испытание на выносливость. Это трата времени, нервов и жизненной энергии. Абсолютно несовременная история, которая лично мне в нынешнем веке что-то конечно дала, но это внутреннее и профессиональное. Просто как чтиво - это суицид.
Почему же я вообще в это полез и почему дошёл до конца
Начал я её не случайно. Узнал, что Владимир Сорокин включил «Волшебную гору» в свой топ-10 книг XX века, а Андрей Тарковский задумывался об экранизации. После такого мимо пройти сложно. Думаешь: наверное, там скрыт какой-то космос, который я обязан открыть. Поэтому я не только начал, но и, что важнее, дошёл до конца. Теперь могу честно сказать: мой личный космос там не обнаружен.
Почему Сорокин включил в топ 10:
Европа перед катастрофой: санаторий как модель цивилизации перед войной
Время как болезнь: вязкость, распад, остановка жизни
Интеллектуальный роман-механизм огромного масштаба
Препарирование идей, идеологий и человека
Литература как эксперимент, а не развлечение
Для писателя это может быть восторгом. Для обычного читателя — испытанием.
Почему Тарковский хотел экранизировать:
пространство вне времени
ожидание как сюжет
болезнь как духовное состояние
снег, туман, коридоры, тишина
человек между жизнью и смертью
цивилизация накануне краха
медитативный ритм и внутренняя тревога
То есть то, что мучает читателя, режиссёру могло казаться золотом.
А ещё мне вспоминался( и не раз во время прочтения) наш разговор с режиссёром Сергеем Сенцовым. Мы обсуждали Бахтина - «Проблемы поэтики Достоевского», Платонова и вообще большую литературу. Серёжа тогда сказал: «Да что “Доктор Фаустус”? Попса. Ты лучше скажи — “Волшебную гору” читал? Нет? Ну вот и всё». Тогда я подумал, ну теперь точно прочту. Прочёл💀
И пока я читал эту книгу, я не раз вспоминал Серёжу, задаваясь вопросом, за какие именно прегрешения он мне её посоветовал.
