Думаю, каждый пишущий регулярно оказывается в одной и той же ситуации, когда он, написав несколько строк, останавливается, поскольку просто не понимает, понятия не имеет, что должно быть дальше. Просто нет никаких вариантов. Как правило, этот момент означает, что художник подошел к границе того достаточно ограниченного пространства, которое освещается светом сознания. Дальше – темнота и неизвестность. А стихотворение только началось. Умением художника работать на этой границе во многом определяется его состоятельность.
Для меня сама эта ситуация, в которой художник в недоумении покусывает перо, – прекрасная эмблема человеческой ограниченности. Из этой ситуации художник должен как-то выходить. Он вынужден делать выбор.
Например, он может отвернуть от этой границы и продолжать двигаться по освещенному пространству, формулируя тезис за тезисом. В результате высказывание, претендовавшее стать поэзией, мутирует в сторону доклада. Доклады тоже бывают хорошими, но поэзии ими не заменить.
Оказавшись на границе, можно также поставить чувственную многозначительную точку: мол, «вдыхаю гнилье отлива»...
Или остановиться, расположиться на самой этой границе с незнаемым в готовности пожить здесь некоторое время, которое может оказаться довольно продолжительным. Меня лично интересуют только те стихи, создание которых требует пересечения границы, за коей не столько темнота, сколько я был не способен что-либо различить.
Я был не способен, а потому – несвободен. Я оказался в тупике художественного образа, который очень сильно напоминает и жизненный тупик, но я не бросаюсь из него бежать – я выбираю пожить с ним, в нем.
Образ, шевельнувшийся в художнике, отправляет его в путь, конечного пункта назначения которого тот не знает. Чувство, что ты на этом приоткрывшемся пути сам способен сделать буквально два шага, озадачивает. При этом ценности пути, открывшегося сразу, когда тебе оставалось бы только встать и пройти его, выглядела сомнительной. Усилие или опыт преодоления, оказывается, имеют определяющее значение. Образ, который ставит художника в тупик - это именно тот образ, которого он больше всего искал. Сразу после своего появления, обозначения в пространстве языка образ демонстрирует художнику ограниченность его сознания. При этом именно образ и претендует быть средством преодоления этой ограниченности – способом обретения свободы.
Располагаясь пожить некоторое время на границе, поэт как бы переключает режим существования с активного, волевого на пассивный, воспринимающий. Воля действовать теряет смысл. Осуществление воли немедленно сказать равносильно провалу всей операции. Потому что, когда нечего сказать, сказать можно только глупость, которая воспрепятствует развитию образу.
На этом этапе поэт уже как бы слышит голос этого еще не реализованного образа. Оказывается, что это самостоятельная целостность, в каком-то смысле личность, органика которой сама подскажет дальнейшее.
Вообще в этом состоянии оказывается, что голосов, которые художник может слышать, довольно много. Голос образа, голос Другого, разговор с которым и создает образ, голос ритма и других используемых форм, голоса предшественников, писавших на ту же тему… Воля теперь направляется в другую сторону – на расширение культурного кругозора, на увеличение количества голосов, которые художник способен различать.
![[CANAL] Promoções Do Dia Profile](/_next/image?url=https%3A%2F%2Fcdn.tgdio.com%2Fchannels%2F2026%2F03%2Fpromocoesdodiacanal.webp&w=256&q=75)
![PES CAMBODIA [YOUTUBE] Profile](/_next/image?url=https%3A%2F%2Fcdn.tgdio.com%2Fchannels%2F2026%2F03%2Fpescambodiayoutube.webp&w=256&q=75)
