только голые галеты
я глодаю без обеда
зычным светом, вязким светом
жар очнулся ранней ранью
туша в крошках жирной гренки
в рыхлой рвоте мажусь гребнем
так по-рыбьему таранит
пасти воздух. бредит в дебрях
взгляд очей таких консервных
брань беседы дряблой дранью
разлилась как из цистерны.
бивни лОктей не одеты
день от тени гонит ветер
и в коррозиях манжеты у ушей и на висках
вся одежда из брезента,
но! пакетовый передник
копошатся мухи в ленте в волосах.
Грузно топает Горгона
веет страхом смерти скорой
по стенам во скромной форме
скорбных сгорбленных уродов
стонный строй. рядов когорты
источали лязги цепи
смрад густел пригретый летом
бормотанный раболепет на устах.
взгляд тяжелый как гантеля
ледяной туман от плети
износившись, обветшалым воем вянет воля в теле.
лучше б
не было на свете
ни меня, ни Феди с Петей,
чтоб сознание отпето, будто не было и нету
никогда не пожелаем наверстать.
заунывной липкой лужей
распласталась песнь по суше
и обратно вспять.
разлилась пологим плачем их мольба.
и ведь надо значит нужно, это ж кто-то ж их подзуживал — Взъярилась тяжким гомоном толпа!
мамка свёрлыми глазами прошерстила инвидантов
блудни скрытно наблюдали
её клешни. их насадки
ужасали чудесами:
выдрать корни, исцарапать
сжечь ли, зарубить лопатой,
раздавить и по пакетам, утопить,
поставить КРАТЕР (э, ну… типа как бы на планете?..)
но толпа была досадой:
как стихия, волны складны
всех их будто порубило, покромсало
человечков мелких жадных грязных злых зловонных гадов
на субстанцию бравады на готовую к засаде, к нападению; плясала
сила Гнёта
массой около трёх сотен… кило… герцев?..
в общем… очень зря вы разозлили тётю
неповиновение, диверсии…
ох как зря, шпана недобородная
против бога единясь в своей экстенции
ох как зря вы, гноегорбые, оторванные
злы и жалки вы, растоптаны
младенцы-идиоты
в общем, ОЧЕНЬ ЗРЯ ВЫ разразили тётю.
мама зла. базарным взвизгом
покатился гогот снизу… или вниз…
рёв турбин! мой враг нанизан —
подтвердила экспертиза.
я топил его в болоте; он брыкался как рысак в руках киргизов
слёзью липкой вязкой долгой
окатилось всё в природе
и осел надрыва гром угрюмый и прямой
ни укоров, ни намёков только
сладкий полушепот, полутопот и дремотная зевота
укачало изотопы; засыпай)
как всегда: хитра, капризна и! не против сталинизма
и покачивая шейками бедра,
1. уколоть, избить, повесить
2. интервью, бордель и тризна
(передоз мускат и лизер — брр…)
3. или: рассмешить, поранить мысли, юбочку задрать
все по-разному умеют
умирать, страдать и верить
до последней капли смея
возражать и умолять..
хоть бы труд такой и весел,
но, увы, проходит время
и Матроне захотелось
отдохнуть от долгой смены.
бунтарей за гос измену
перед сном взвинтить на реях
прослежу за хрустом шеи
и отправлюсь спать.
завтра
я,
как я умею,
встанув рано на рассвете,
я паяльником отметин
нанесу себе и детям
их в подвале гложат черти —
сяду на диван.
я мятежникам приветом
передам, что всех их следом
покромсаю, как медведей
на вигвам.
захрипите Бафометом
на потеху Кастанеде
измурыжу вас в котлету —
даже не в дрова.
не боюсь я детской смерти
я мулу на минарете
«это взрослые, поверьте» две недели убеждал
он позвал меня в застенки
«покажи-ка мне коленки.
это ж надо, европейка»
и кинжалом тонким, метким
прямо в темечко
попал.
9. нынешнее.
