Годы тренировок оказываются не пустым звуком - словно в танце, они закрывают спины друг друга, не в надежде убить членов Ордена, а лишь оглушить на время, дать себе драгоценные секунды. Их заклятия словно в такт вырываются сначала с уст, а потом, словно отточенные, вверх поднимаются руки, вычерчивая в воздухе правильные линии - «враги» оглушены, что дает им время. Гринграсс старшая наспех выцеплять из кармана кулон - ключ, который поможет трансгрессировать.
—Найди остальных, вы попадете в особняк в Болгарии. Я уверена, что Поттер выиграет, а после вы дадите показания против родителей. Расскажи им всё, Тори.
В глазах сестры мелькает понимание, которое она пытается отогнать - в такое верить не хочется.
—Мы расскажем, Даф, мы.
Блондинка кивает так, словно пытается отделаться от назойливой мухи. Знает, что уйти удастся не всем. С Асторией они разделяются в тот же миг, а сердце от чего то успокаивается - она знает, что сестра достаточно сильная, чтобы не попасться и спасти остальных.
Никаких «мы», просто потому что для себя она уже все решила. Ей жить во лжи невозможно, слишком сильно калит, а без нее - ощущать себя словно под прицелом. Незащищенно и слишком уязвимо. К тому же она знает, что спасти можно далеко не всех, а значит жертву не избежать и коль ее можно выбрать, она уже давно определилась.
***
«—Знаешь, Драко, я бы не хотела быть похороненной рядом с родителями. Такое чувство, словно отец будет меня контролировать даже на том свете.
Мужская рука, поглаживающая ее волосы замирает. Это слишком страшные мысли для юной девушки, которая около десяти минут назад капризно улеглась на диван, располагая голову на его коленях, параллельно сетуя на сложное задание по трансфигурации.
Страшные, но возможно правдивые. Война была на пороге и они оба это знали, как минимум потому что из под рукава рубашки у них двоих виднелась черная метка. Только Малфой старался это отрицать.
—Слушай, Даф, с нами ничего не случится, я тебе обещаю. Это нужно пережить, понимаешь? Потом нас оправдают.»
Почему то именно сейчас вспомнился этот диалог. Именно на чертовом судебном процессе, пока в клетке, расположенной в центре зала, бился ее отец. Он искренне не думал, что может кого то ненавидеть настолько, чтобы выкорчевывать из памяти самые травмирующие моменты связанные с ней. Малфой тогда рассказал все то, что знал и видел, лишь бы мужчину приговорили не просто к пожизненному заключению, а к высшей мере - поцелую дементора.
Рядом взахлеб ревела Астория, прижимаясь к Персефоне, заключившей ее в свои объятия. Драко видел в тот день все в мельчайших подробностях: как Дафна, почти задыхаясь, помогала ему оглушить Орденовцев, как на горизонте появились Пожиратели, зачистившие другую часть школы и как в глазах подруги детства промелькнуло осознание вкупе с извинениями. Порт-ключ не сработал должным образом из за повреждения, в силу чего мог трансгрессировать лишь одного человека и она поняла это на миллисекунду раньше, сделав шаг. Все что он слышал в последний момент - свой собственный крик, смешавшийся с ее, таким пронзительным, словно она была животным на убой. В глазах застыла картина - ее собственный отец вышел вперед и без раздумий пустил в нее непростительное.
Через десят минут объявили о победе над Лордом
Драко, нависая над памятником, ненавидел абсолютно всех: себя, ее отца, тот самый порт-ключ и время. У Гринграсс, произойди все на десять минут раньше, вполне возможно была бы счастливая, полная жизнь, не ограниченная семейными предубеждениями и необходимостью во лжи.
Ложь. Ее Малфой тоже ненавидел
—Знаешь, Дафна.
Он поднял голову вверх, рассматривая холодный каменный лик статуи. Ее лик.
—Коль ты решила таким образом избавить себя от оков прошлого и тяжести прожитого, то это будет единственным, что я тебя не прощу, как бы сильно не любил.
Он разворачивается на пятках, опуская голову и пряча руки в карманах черных брюк. Любил ли ее? Определенно. Как сестру, как ту, которая чувствовала все, как соулмейта.
«Дафна Офелия Гринграсс
1980 - 1998
Сестра. Подруга. Соулмейт
